25.02.2011 00:29:47

В клетке


 

Рабочую атмосферу коридора нарушили крики: "Отпустите меня! Я вас ненавижу! Сволочи! Чтоб вам в аду всем гореть!". Через несколько секунд из-за поворота показались Гларн, Гайдин и Альфонс, которые тащили Игоря, не перестававшего посыпать их отборной бранью и проклятиями. Следом за ними шли Генри, Ниру и Юля. На подходе к одному из больничных отсеков, Генри обогнал несущих и открыл дверь. Над дверью висела желтая с красной рамкой табличка "Реабилитационный отсек 3-го уровня". Игоря занесли внутрь, девушки зашли следом и дверь закрылась. Внутри, кроме стандартных коек и аппаратуры, стояла открытая клетка размером примерно 2 на 2 на 2 метра. Игоря поднесли к открытой решетке, Генри быстрым движением сделал ему укол в плечо, после чего, оборвавшись на полуслове, Игорь отключился. Его аккуратно занесли внутрь клетки, Гларн, Гайдин и Альфонс вышли, после чего Генри запер клетку снаружи, достал из кармана часы с таймером и диктофон.
Генри протянул таймер Альфонсу, а сам нажал на синюю кнопку на диктофоне и негромко произнес: "Запись номер четыреста шесть. Клиническая реабилитация. Осложнения. Пациент Игорь Д., он же Каоги Эймер. Наблюдается ярко выраженное расстройство психики на общей основе, привязок к последнему заданию нет. Людей узнает. Агрессивен."
Альфонс, глядя на таймер: "Пятнадцать секунд". Генри кивнул и продолжил: "Пациент был отключен стабилизатором и помещен в замкнутое помещение." - Генри выключил диктофон.

"Да в гробу я вас видел всех! Предатели! Ироды! Я вам тварь позорная что ли, чтобы меня в клетку сажать?!" - с этими словами Игорь со всей силы кинулся на решетку. Решетка задребезжала. Он кидался сильнее и сильнее, всем телом, с разбегу, то плечом, то грудью, то спиной, то головой, бил руками и пинал железные прутья, кричал так, как будто через него пропускали сильнейший разряд тока. С рассеченного лба во всю лилась кровь, безвозвратно добивая порванную белую рубашку.
"Я позволяю! Вы слышите, позволяю себе говорить! Думать! Говорить, что думаю! Слышите меня, вы, скоты?! Предатели! Я вас ненавижу!" - продолжал, надрывая голосовые связки, орать Игорь.

- Генри, что с ним? Никогда ведь такого не было...
Генри стоял, невозмутимо смотрел на мечущегося в клетке Игоря, поглаживал подбородок, скрестив руки на груди, и напряженно думал.
- Не знаю, Гайдин, не знаю. Я думаю, что это из-за той накладки при переходе. Вероятно, инородные тела слегка искажают волну перехода. Может ему в голову и шибануло.
- Я бы не хотел, чтобы со мной такое случилось...
- Я бы тоже, Гайдин, этого не хотел - с вами совладать тяжелее, вы боевик, всё-таки.
- Генри, ты как всегда...
Генри лишь скривил физиономию и пожал плечами.

"Ладно, молодые люди" - сказал Генри, направляясь к выходу: "вы тут можете оставаться и смотреть дальше, а я пошел. Если что - в верхнем ящике пистолет с четырьмя зарядами стабилизатора. На крайний случай, рядом боевой. Если ситуация начнет выходить из-под контроля - стреляйте."

- Генри, а что с этим делать? (Генри обернулся, Юля протянула ему пару туфель.) Он их любит очень, я их сняла быстренько, пока он в отключке был.
- Да, это ты молодец, давай сюда, я закину их в каюту. Если бы он их убил - он убил бы кого-нибудь ещё по выздоровлении.
- Генри, то есть он поправится?
- Гайдин, а по вашему у него есть варианты?
- Глядя на него сейчас, я ни в чем не уверен...
- А вот тут, Гайдин, вы не правы. При работе в команде нужно быть уверенным в каждом.

С этими словами Генри вышел. Следом, не говоря ни слова, вышел Гларн.

"Вот и поговорили" - произнес Гайдин и посмотрел на Игоря. Он всё также метался в клетке, кидался на решетку, рвал одежду, орал, проклинал всех и вся на чём свет стоит. Гайдин в очередной раз посмотрел в его пустые глаза с расширенными зрачками. Они показались ему безжизненно белыми, радужка на столько побледнела, что её границы можно было определить по лопнувшим сосудам белков.

- Гайдин, слушай, а может его стабилизатором нашпиговать, а потом сотряс сделать?
- Альфонс, это уже какая-то тирания.
- Это радикальный подход...
- Нет, Альфонс, не надо. Он бошку сам себе проломит об эти прутья. А стабилизатор и поберечь можно.
- Про прутья - согласен, но стабилизатор - я бы разок всадил - жалко его всё-таки.
- Как хочешь. Ты больше врач, чем я. Я пойду чайку выпью и передохну, у меня высадка через пять часов. Девушки, вы со мной?
- Пойдем.
- Да.

С этими словами Гайдин размял шею, поправил перчатки и вышел, следом вышли Ниру и Юля.

Альфонс подошел к столу, открыл верхний ящик и достал пистолет со стабилизатором. После чего из какого-то шкафчика достал бинт, отмотал полтора метра и направился к клетке. Заметив что к нему приближаются, Игорь кинулся на решетку, просунул руки между прутьев и попытался схватить Альфонса. В этот момент Альфонс выстрелил. Тело Игоря обмякло, повиснув на решетке. Альфонс привязал бинт к прутьям так, чтобы образовалась петля на высоте около метра, повернул Игоря спиной и усадил. После чего накинул бинт ему на шею, положил пистолет в верхний ящик и вышел.